Российская охота и бизнес. Открытие и регистрация охотобщества Как открыть свое охотхозяйство

Разброс мнений о том, каким должно быть охотничье хозяйство в России. широк - от идей бесплатного доступа в угодья всем желающим до требований к охотпользователям обосновывать цены на лицензии. Но никто не задает вопрос об объеме инвестиций. Предлагаю обсудить вопрос «Как сделать российскую охоту бизнесом?»

ОПЫТ ВЛАДЕЛЬЦА ОХОТНИЧЬЕГО ХОЗЯЙСТВА

Уже много раз публиковались репортажи об успешных хозяйствах Европы, Америки и Африки. Всегда приходится завидовать условиям, в которых проходят охоты, и трофеям, которые там добывают. Все это результат серьезных инвестиций и бизнес-подхода к организации деятельности.

В данной статье под термином «бизнес» предлагаю рассматривать классическую схему: инвестиции, срок возврата инвестиций, рентабельность основного капитала, рентабельность текущей деятельности предприятия. Именно с таких позиций и надо проводить диагностику состояния российской охоты как отрасли экономики.

Зачем это надо? Процесс перехода от советской экономики к экономике рынка и конкурентоспособности еще не завершился. Разные отрасли экономики менялись и меняются с разной скоростью. Ряд отраслей уже давно сформировались и стали конкурентоспособными в мировом масштабе (ИТ, связь, производство зерна и так далее), часть находится в процессе перехода (ЖКХ, транспорт и тому подобное), а некоторые еще и не начинали трансформацию. Именно так обстоит с охотой как отраслью экономики. Весь смысл дискуссии сегодня - как сделать охоту дешевой и доступной для всех. Такой постановки вопроса больше нет нигде в мире. Ответ на него может дать только государство, взяв на себя все расходы, но мы это уже проходили…

Если отрасль становится привлекательной для бизнеса, туда идут инвестиции, возникает конкуренция, устанавливается такое соотношение «цена-качество услуг», которое устраивает и потребителя, и инвестора. Резко растет количество качественных предложений, создаются бренды и повышается репутация. Потребитель от этого только выигрывает. Примеров такой трансформации можно привести неограниченно много. Совковая разруха меняется на цивилизованный рынок услуг. Вспомним хотя бы советские магазины…

УБЫТОЧНОСТЬ РОССИЙСКИХ ОХОТХОЗЯЙСТВ

Постоянно звучит тезис об убыточности охотхозяйств. С этим никто даже не спорит. Все смирились и считают это фактом.

В настоящее время в России несколько тысяч охотхозяйств. Я не знаю точной цифры, но оценка сверху показывает, что их не менее 10 000. Из них оказывают услуги сторонним охотникам в десятки раз меньше. В чем дело? У владельца хозяйства есть два варианта – держать его для своих охот или создавать предприятие по предоставлению охотничьих услуг. Элементарные расчеты показывают, что первый путь дешевле второго в разы. Делать инвестиции в инфраструктуру для проведения коммерческих охот (база для гостей, персонал, транспорт, дороги, подкормки животных) без четкого плана возврата инвестиций – экономическое безумство. В этом ответ на вопрос, что делают остальные хозяйства – они работают на хозяина, это 3–5 охот в год и требования к инфраструктуре, количеству персонала и прочему совершенно другие. Финансирование такой «игрушки» не требует больших вливаний - 1–2 млн рублей. Когда надоест – перепродадут другому любителю охоты.

Наше охотхозяйство «Днепр-Холм» существует чуть меньше трех лет. Оно создано на месте бывшего МУПа, который «умер от истощения». Территория площадью 50 тысяч гектаров представляла собой «выжженную пустыню», поскольку никаких биотехнических работ не осуществлялось, охраны территории не было в принципе и браконьеры чувствовали себя вольготно. Думаю, такая ситуация типична для возникновения большинства частных охотхозяйств России.

При построении охотхозяйства была поставлена задача – оказывать услуги по организации охоты. Персонал был подобран из числа местных жителей. Первые два года ушло на обустройство территории: дороги, просеки, поля, вышки, солонцы. Была закуплена разная техника (более 20 единиц), налажено проведение охот, внедрена система мотивации персонала, научившая людей зарабатывать деньги, а не ждать подачек.

Для меня это время ушло на понимание механизмов функционирования охотхозяйства, на осознание системных проблем, связанных с охотпользованием в наших климатических условиях, с качеством работы «местных специалистов», с особенностями менталитета российского охотника.

Хозяйства, которые сегодня предоставляют услуги по коммерческим охотам, с обычной точки зрения нельзя назвать бизнес-предприятиями. Либо они получают дотации от своих владельцев на постоянной основе, либо их выручки хватает только на покрытие текущих расходов, а о возврате капиталовложений речь уже не идет. Какие-то хозяйства пользуются еще советской инфраструктурой и вложениями того же времени в разведение животных в угодьях. Кому-то повезло, и весь зверь с округи идет к ним и его можно бить «сколько угодно». Такие примеры можно привести, но это исключения, счастливое стечение обстоятельств, а не бизнес.

Климатические и биологические особенности территории России, а также ее плодородие не благоприятствуют биологическому многообразию и росту популяций животных. У нас мало видов животных, на которые можно проводить массовые охоты; размер их популяций, как правило, небольшой, и количество лицензий на каждое охотхозяйство измеряется единицами, редко десятками (кроме кабана). У нас низка фертильность почв, у нас суровые зимы, высокий снежный покров, большая смертность зверей зимой. Но это наша земля, и нам надо научиться работать и строить бизнес на ней.

ЭКОНОМИКА СОВРЕМЕННОГО ОХОТХОЗЯЙСТВА

Частые дискуссии о высокой цене коммерческой охоты абсолютно бессмысленны – цена покрывает только часть реальной себестоимости охоты и содержания охотхозяйства. По сути, владелец доплачивает «своему» хозяйству за каждую проведенную охоту, практически каждая охота дотационна. И где тут бизнес?

Немного об экономике охоты в диких условиях.

В нашем хозяйстве благодаря системе бюджетов доходов и расходов очень четко видно, насколько дорога охота в дикой природе. Основные статьи расходов: зарплата персонала – 40%, содержание транспорта – 40%, биотехнические мероприятия – 15%, прочие расходы – 5%.

Что касается транспорта, то в российских условиях имеет смысл эксплуатировать самые кондовые виды техники – «уазы», «Бураны», квадроциклы STELS и другие. Причина – в руках мужиков ломается все. Эти машины, в отличие от дорогих импортных, они могут починить самостоятельно с помощью «кувалды и зубила». Все известные мне попытки использовать дорогие квадроциклы, снегоходы и прочее подобное были неудачными – наш народ просто не умеет обращаться с техникой бережно.

Строить или чинить дороги в угодьях бессмысленно, можно только их чистить. Я начал с починки, но все труды пошли насмарку – проехали лесовозы в распутицу и все уничтожили. Поэтому купили гусеничный транспортер «ТТМ», хотя стоимость его эксплуатации огромна.

Техника эксплуатируется круглогодично: объезды, солонцы, подкормки, подрубки осин и так далее. Объем биотехнических работ огромен, поэтому техника эксплуатируется интенсивно и расходует массу топлива. В нашем хозяйстве ежемесячные расходы на топливо и запчасти составляют 60 тысяч и 40 тысяч рублей соответственно. Эти расходы я привел как пример – их не видно приезжающим охотникам. Чтобы только их покрыть, надо ежемесячно отстреливать 10 кабанов-сеголетков, исходя из средней цены на сеголетка в 10 тысяч рублей, а за год – 120. В наших условиях добыть столько кабанов пока невозможно.

Доходы от лосиной охоты невелики, так как, исходя из сложившейся цены охоты со всеми услугами в 55 тысяч рублей и обычного количества лицензий 5–10 штук, их суммарный финансовый вклад составляет 275–550 тысяч рублей.

Доходы от охоты по перу и мелким животным существенного финансового дохода не дают.

Остаются только доходы от охотничьей базы. Но при эксплуатации только по выходным дням они не намного перекрывают расходы на содержание и ремонт. Если база будет предоставлять услуги не только охотникам, то это уже другой вид бизнеса, не имеющий отношения к охоте. Рассматривать ситуацию, когда доходы от базы дотируют охоту, бессмысленно.

Приведенные выкладки показывают, что у хозяйства очень мало источников получения доходов при охоте в дикой природе без нарушения законодательства.

Опыт зарубежных хозяйств показывает, что основная доля выручки – это оказанные услуги по организации охоты и стоимость трофеев, а только потом – стоимость мяса (отстрел нетрофейных животных). Мясо отстрелянного трофея не принадлежит охотнику, его надо оплачивать отдельно!

У нас в стране сложилась своеобразное отношение к охоте. Большинство охотников едут на охоту за мясом, а не трофеями. Такого нет нигде в мире. Наше общее бедное совковое прошлое до сих пор цепко держит нас в своих объятиях. Стоимость охоты рассматривается через призму стоимости килограмма мяса домашних животных на прилавках магазинов. В этом суть наших проблем. Общество смотрит на охоту глазами браконьера, который в любом животном видит определенное количество мяса. Трофейные качества, процесс охоты как искусство и ритуал находятся на периферии сознания; обычно все охотники требуют мясной отстрел в первый день охоты. Охотхозяйства оценивают с позиции скорости отстрела, никакие дополнительные услуги в сфере охоты не востребованы.

Исходя из этого, можно сделать вывод, что говорить о селекции трофейных животных и целенаправленной охоте на них бессмысленно. Отсутствие культуры охотпользования и ориентация на добычу мяса делает это прибыльное направление невозможным для охоты в дикой природе.

Такой подход является приговором действующей системе охотпользования. В этих условиях вкладывать капитал в развитие охотничьих услуг, создавать предложения на рынке лишено всякого смысла. Отрасль обречена на застой, попытки выхода на окупаемость хозяйств выливаются в дополнительное давление на животный мир, который будет быстрее вырождаться и исчезать.

В российских условиях любое охотничье хозяйство, предоставляющее коммерческие услуги без вольера и пытающееся себя самостоятельно содержать, безусловно, оказывает избыточное давление на природу.

ЧТО ДЕЛАТЬ?

Выход видится только один – создание большого числа вольеров для полувольного содержания животных. В наших климатических условиях это – единственный способ иметь большие популяции охотничьих животных, не зависеть от государственных правил охоты и количества полученных лицензий, проводить охоты круглогодично, заниматься разведением трофейных животных. Это – возможность строить бизнес в охотничьей отрасли. Это снимет колоссальный пресс с дикого мира и позволит популяциям животных начать восстанавливаться. Конечно, охота в дикой природе сохранится, традиционные для нас охоты будут проходить, но охотхозяйства уже не будут видеть в охоте на диких животных единственный источник своего существования. Возможно, стоит законодательно ввести требование, что охотпользователь через какой-то промежуток времени обязан создать вольерное хозяйство.

На мой взгляд, это единственная возможность развивать охоту как бизнес и при этом не погубить природу.

В нашем хозяйстве разработан бизнес-план развития на ближайшие три года. За счет интенсивных биотехнических мероприятий численность основных промысловых видов животных ежегодно возрастает. Постоянно увеличивается и количество лицензий, получаемых от государства. Но это результат не только интенсивного размножения животных. В районе наше хозяйство – единственное, которое проводит коммерческие охоты. Остальные пять хозяйств работают только на своих хозяев и являются для нас отчасти воспроизводственными участками, так как мы притягиваем зверей со всей округи. С помощью модели функционирования хозяйства видно, что только при двукратном увеличении выручки от охот (за два-три года мы достигнем этого показателя) хозяйство выйдет на неустойчивую окупаемость текущих затрат. Если все хозяйства района начнут так работать, то природа не выдержит нагрузки…

Мы нашли альтернативный подход для развития охотхозяйства – создание вольера, формирование поголовья различных видов охотничьих животных. Это позволит проводить охоты круглогодично, равномерно загружая инфраструктуру и обеспечивая постоянный приток выручки. Интенсивное использование вольера может дать финансовый результат существенно выше, чем охота в дикой природе.

КАКИМ ДОЛЖЕН БЫТЬ ВОЛЬЕР?

Традиционный российский подход к вольерам – это огороженная территория, внутри которой как-то живут различные виды животных. Никаких дополнительных зон, кроме маточника, не предусматривается. Никакой селекционной работы не предполагается. Реальная эффективность подобного вольера низка, так как животные мешают друг другу, вырождаются, могут убивать других особей и так далее. В мире разведение животных в вольерах давно развито и является нормальным бизнесом как в сельском хозяйстве (разведение на мясо), так и в охотничьей отрасли (разведение животных под выстрел и выращивание трофейных экземпляров). Существует большое количество специальной литературы, которая описывает модели и технологии работы подобных ферм. Но если в Европе или Новой Зеландии вольеры - это средство получения выдающихся трофеев, то для России это единственный «рецепт» ведения охотничьего хозяйства.

ЭКОНОМИКА ВОЛЬЕРА

Создание вольера требует больших капиталовложений. Прежде всего это покупка земли и монтаж забора. Для покупки земли лучше всего подходят старые, частично заросшие сельхозугодья. Лесной фонд в России можно только взять в аренду, поэтому его включение в зону вольера всегда несет определенный риск. Забор могно строить из чего угодно, но лучше использовать проверенные технологические решения, принятые во всем мире. Речь прежде всего идет о сетке с фиксированным узлом, которая уже продается в России.

В нашем хозяйстве в 2012 году построен вольер площадью 110 гектаров, длина забора почти 6 километров. Мы делали вольер капитально: использовали лучшие материалы (специальную английскую сетку для вольеров, буровые толстостенные трубы в качестве столбов), углубление столбов в землю на полтора метра и их бетонирование. Цена материалов и установки 1 километра забора – более миллиона рублей. Перспективой развития вольера является возможность присоединения дополнительных зон в будущем. Территория, которая нам доступна, позволяет сделать систему вольеров общей площадью 400 гектаров. Экономика вольера определяется количеством и составом животных. Здесь каждое хозяйство может выбрать свой путь и предложить свой на-бор охот в течение всего года. Можно сделать ставку на количество животных и отстреливать их на «королевских» загонных охотах, можно сделать ставку на выращивание уникальных трофеев, но для этого нужны годы. Можно придумать что-либо уникальное для наших условий и оказаться единственным на рынке.

Кабан – мало интересен, так как у него достаточно большая дикая популяция и цена невысокая. К тому же и риск велик – африканская чума свиней может свести к нулю популяцию в вольере, которая создавалась несколько лет.

Лось – его не удержит никакой забор. Только дикая популяция.

Олень (различные виды), лань – хорошо живут в вольерах.

Муфлон – живет, но требует дополнительного ухода за копытами. Косуля – только малые группы, но опыт выращивания есть. Экзотика (страусы, бизоны и тому подобное) – можно попробовать…

УПРАВЛЕНИЕ БИЗНЕСОМ

Еще одна большая сложность на пути построения охотхозяйства как бизнеса – это отсутствие квалифицированного персонала. Управлять охотхозяйством надо как обычным предприятием. Если рассматривать хозяйство как бизнес, то необходимо реализовать ряд абсолютно стандартных процедур: разработку бизнес-плана, создание бизнес-процессов, составление бюджетов доходов и расходов, ведение отчетности, разработку должностных инструкций и так далее. Найти специалистов на месте, знакомых с этими понятиями, – невозможно, учитывая географию расположения хозяйств. Люди до сих пор живут без этого и искренне не понимают, зачем оно нужно. Если принимать на работу только местных жителей, то система управления будет основана на «общинно-племенных» отношениях, как это принято в глубинке. Все друзья, все друг друга покрывают... Для них инвестор – «большой белый глупый человек», которого не грех обмануть.

В нашем хозяйстве эти вопросы решаются следующим образом: материнская компания не только финансирует хозяйство, но и ведет шефство по всем направлениям организационного обеспечения: финансовый менеджмент, отдел кадров, юридический отдел, ИТ-служба. Везде выделены сотрудники, которые курируют охотхозяйство, обучают и консультируют персонал, ведут контроль текущей работы.

В наше хозяйство пришел новый директор. Этому событию предшествовал полуторамесячный поиск кандидатов на эту должность. Были размещены объявления на HeadHunter и SuperJob. Соискателей было много, но их резюме и ряд встреч вызывали ужас от уровня их компетентности.

Сейчас с приходом нового директора не из местных в хозяйстве происходит серьезная реорганизация. Естественно, чужой человек не может вписаться в «общин-но-племенные» отношения. Произошел их «демонтаж», и были установлены новые правила. Для себя я сделал вывод, что персонал не должен быть связан с местной общиной. Так проще и дешевле!

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

В настоящей статье я попытался представить свою субъективную точку зрения на экономику охотхозяйства и пути выхода из сложившейся ситуации в охотничьей отрасли России. Эта статья написана по просьбе главного редактора журнала.

охотничье хозяйство, расположенное в Смоленской области в верховьях великой реки Днепр, будет радо считать Вас своим гостем. Охотхозяйство образовано в 2010 году и с тех пор проводит охоты в окрестностях поселка Холм-Жирковский на территории площадью 48 тыс. га. Для гостей построена комфортабельная охотничья база, добраться до которой можно на легковом транспорте по асфальтированной дороге.

Помимо охоты в дикой среде, в определенные законом сроки возможна результативная охота на кабана в огороженном вольере площадью 120 га в котором они содержатся. Кроме того, в охотхозяйстве запущены в эксплуатацию оленья ферма и олений парк, построенные по английским технологиям, на которых мы выращиваем поголовье европейского благородного оленя для продажи в ближайшем будущем. Гостям предлагается экскурсия на ферму и возможность покормить оленей.

Для проведения охот у нас есть все условия: хорошая плотность зверя, техника для доставки охотников к месту охоты в любое время года, включая вездеход на гусеничном ходу. Для загонных охот оборудованы полувышки, для охот на кабана из засидки построены удобные всепогодные вышки.

Россия имеет огромные раздолья, и первозданные угодья, а также не полностью использованные ресурсы промысловой фауны. Разумно ведите охотничий бизнес в одном из регионов России. Это подразумевает учет законов природы и абсолютный хозяйственный расчет. Ведь зарабатывать на природе можно не только с помощью .

Современная охота - это не всегда добыча птиц и животных, но и спорт, здоровый отдых. Это прекрасное отношение к природе, это делает жизнь человека содержательней, интересней.

Основные этапы организации охоты:

1 шаг - проводится аренда угодий за предпринимателем и составляется паспорт вашего объекта;
2 шаг - выполняется проектный расчет с типологией угодий, биотехникой;
3 шаг - планирование хозяйственных мероприятий.

Важно! На многое оружие (в том числе охотничье) нужна лицензия. Учитывайте это при организации бизнеса.

Как получить лицензию на оружие?

Форма хозяйства и перечень услуг

Формы эксплуатации охотничьего хозяйства по нарастанию рентабельности с единицы площади:

  • промысловая,
  • промыслово-любительская,
  • спортивная,
  • туристическая.

Прибыль от предприятия будет увеличиваться с повышением сервисных услуг и ростом пропускной способности хозяйства

Задачи развития на первый год:

  1. Необходимо составить перспективный план организации и развития, соответствующий целям и направлению.
  2. Обеспечивать развитие всех областей и привлечение посетителей.
  3. Обеспечивать сочетание охоты как бизнес с охранными мерами и воспроизводством многообразия охотничьих животных.
  4. Обеспечивать охрану и рост производительности угодий для охоты.
  5. Заботиться о безопасности клиентов при пребывании их

Предпринимателей-любителей охоты зачастую волнует вопрос: «Как взять в аренду охотничьи угодья?» Где-где, а в России уж действительно есть, из чего выбирать!

Общая площадь охотничьих угодий, т. е. среды обитания диких животных, в РФ составляет 1,5 млрд га. Количество видов животных, на которых разрешена охота (охотничьих ресурсов) – 228. Сфера охотничьего хозяйства обеспечивает торговый оборот 80–100 млрд руб.

Это рентабельнее, чем кормить в вольерах норок, песцов. Традиционная классификация различает открытые, лесные, болотные и водные охотугодья. Общественные отношения, связанные с их эксплуатацией, регулируются Федеральным законом «Об охоте и о сохранении охотничьих ресурсов…»

Наиболее востребованными считаются лесные ресурсы. В их среде чаще всего организуются частные охотничьи угодья. Существует несколько их классификаций. Первая из них (по возрасту древостоя) использует десятилетнюю градацию для лиственных деревьев и двадцатилетнюю – для хвойных. (1 и 2 класс – молодняк, 3 и 4 – средневозрастной, далее – приспевающие, спелые и перестойные насаждения).

Вторая классификация, по Д. Н. Данилову, различает заболоченный, мшистый, пойменный, сложный, сухой и лишайниковый, каменистый лес. Это наиболее общие классификации, на самом деле их гораздо больше.

Правовая классификация предполагает три группы: первая - общедоступные охотничьи угодья (которые по закону занимают не менее 20% от общих), вторая - закрепляемые за физическими и юридическими лицами (собственно говоря, предмет изучения данной статьей), и наконец третья – угодья, охота в которых ограничена или же запрещена установленным режимом заповедных территорий.

Интересующихся, как взять в аренду охотничьи угодья, следует ориентировать на вторую группу.

Выбор угодий для аренды. Предварительное планирование

Очевидно, что предприниматель в сфере охотничьего бизнеса выбирает для себя такую аренду лесных угодий, которая перспективна и потенциально прибыльна, при этом пользуясь приемами охотоустроительной работы. Мероприятия, которые она включает в себя, подразделяются на подготовительные, полевые и камеральные.

Конечно же, приходится «отмерить семь раз», перед тем как взять охотничье угодье в аренду. При подготовительных мероприятиях изучаются документы земотделов райисполкомов, природоохранных организаций, ветеринарных служб, отделов сельского хозяйства. Смысл полевых работ заключается в качественном оценивании популяций сдаваемой в аренду территории.

Заключительным этапом процесса оценки являются камеральные работы, в ходе которых обобщается информация подготовительного и полевого этапов, лесные угодья оцениваются в стоимостном выражении, охотничье хозяйство территориально планируется, производится нормирование отстрела, планируются биотехнические и охранные мероприятия, составляются оптохозяйственные карты и схемы. Оценивается видовая численность охотничьих ресурсов, то, как они распределены пространственно, достаточность естественных кормов.

Таким образом, интересующийся, как взять в аренду охотничьи угодья, не может обойтись без егерского обследования угодий.

Какую площадь стоит брать в аренду? Мнения, конечно, могут быть разными. Мы считаем, что заслуживает внимания точка зрения доктора биологических наук Алексея Данилкина, считающего, что в умеренной полосе для эффективного регулирования численности копытных животных подходит площадь десять тысяч гектаров. Более умеренный подход предполагает площадь в тридцать тысяч гектаров. Стоимость такой аренды в ее умеренном варианте обойдется предпринимателю в $600.

Оформление аренды

Если отвечать с юридической точки зрения на вопрос «как взять в аренду охотничьи угодья», то речь, конечно же, пойдет о документальных операциях. Главными этапами оформления аренды являются приобретение статуса ИП или же юридического лица, выбор и аренда конкретных угодий, заключение охотхозяйственного соглашения с Госохотинспекцией (как результат выигрыша в аукционе), получение гослицензии на пользование охотничьими ресурсами.

Лицензирование потребует от вас заявки в соответствующий исполнительный орган государственной власти, содержащей сведения о будущем охотничьем бизнесе, а также предполагаемых качественных и временных параметров пользования животным миром (отстрела и восстановления). Разумно составлять подобную заявку по итогам камеральных работ. Фактически – это черновой бизнес-план охотничьего хозяйства.

Возможен вариант приобретения охотничьих угодий в собственность, однако он на порядок дороже, и, соответственно, речь о рентабельности здесь может идти лишь на длительных промежутках времени. Это, скорее, вложение капитала, чем предпринимательство.

Пути развития современного охотничьего хозяйства

После приобретения прав пользования актуальным становится вопрос о том, как организовать охотхозяйство? Предприниматель, арендовав охотничье хозяйство, не только получает с него прибыль, но и целенаправленно работает над тем, чтобы эта прибыль становилась выше.

Первостепенное значение имеет точность определения количества животных в данном хозяйстве на начало сезона охоты. Это краеугольный ориентир, от которого планируются все основные показатели охотхозяйства. В первую очередь, учитываются пушные звери, а также крупные парнокопытные. Их количество оценивается в количестве особей на тысячу гектаров угодий. Для этого сначала производится подсчет на пробных площадках и маршрутах, а затем эта выборка округляется для всей территории угодий.

Критерием качества охотничьих хозяйств является коэффициент производительности угодий (этот показатель вычисляется по каждому виду животных).

Для хороших угодий он равен 250, для имеющих качество выше среднего – 165, для средних – 100, для качества ниже среднего – 50, для плохих – 15. Практически это означает, например, что в хороших охотхозяйствах животных в 2,5 раза больше, чем в средних.

Получить хорошие угодья в аренду – это, конечно, великое везение. И его, как правило, не бывает. Будьте реалистами, в аренду вам дадут как максимум среднее хозяйство.

Вам предстоит повышать его качество: улучшать кормовую базу, повышать защитные и гнездопригодные свойства за счет повышения лесистости и обогащения насаждений. Возможно, даже придется на определенном участке произвести мелиорацию. Только на основании надежного «кормового тыла» можно будет далее развивать охотничий бизнес.

При достаточном количестве кормов хороший эффект демонстрируют дополнительные мероприятия по искусственному заселению угодий животными и птицами.

Успех охотхозяйства зависит от егерей

Очевидно, что понимание того, как организовать частное охотничье хозяйство, должно сочетать не только подходы предпринимательства, но и специфические аспекты егерского дела. Грамотное ведение охотничьего хозяйства должно обеспечивать расширенное воспроизводство зверей и птиц.

Для этого следует ориентироваться в миграциях, знать биологию основных видов животных и их способность к восстановлению поголовья. Впрочем, некорректно полагать, что популяцию определенных промысловых животных целесообразно увеличивать выше оптимальной. Ухудшается кормовая база, и начинаются болезни. Такая целенаправленная деятельность, решающая задачу, как организовать охотхозяйство, называется охотоведением, ею профессионально занимаются егеря.

Некоторые хозяйственные моменты

С чего начинать хозяйственную деятельность охотничьего хозяйства? Во-первых, следует принять меры для минимизации количества дорог. В идеале должна остаться одна, ведущая к лесному хозяйству, оборудованная блокпостом и шлагбаумом.

Лишние дороги, если даже с их помощью ведется вырубка леса, надо пытаться закрывать на законных основаниях. А затем – перекопать и завалить. Так ставится заслон автобраконьерству и производится предупреждение определенного количества рисков в будущем. Затраты на расчистку дороги и оборудование поста составят около $1000.

Документальное сопровождение охоты

Какие документы обслуживают охотничий бизнес? Каждый охотник согласно Федеральному закону «Об охоте» должен иметь на руках выданный Госохотинспекцией бессрочный охотничий билет единого федерального образца. (Ограничение для получения его – неснятая или непогашенная судимость за умышленное преступление).

Второй документ, получаемый охотником, - это путевка (лицензия) на охоту. Она действует в рамках выдавшего ее охотничьего хозяйства. В свою очередь, бланки путевок (лицензий) охотхозяйство получает от территориального органа Госохотинспекции.

Охотясь на лицензируемых животных, т. е. добывая их путем выслеживания и преследования в состоянии их естественной свободы, охотник вместо путевки получает от охотхозяйства лицензию или же подписывает договор. Следует отметить, что действие как путевки, так и лицензии, ограничено во времени. После пользования бланки этих документов сдаются охотниками в охотничье хозяйство. Кроме того, контроль соблюдения сроков охоты, учет бланков путевок (лицензий) является функцией охотхозяйства.

Организация деятельности охотхозяйства

В целом же организация деятельности охотхозяйства регламентируется и производится его штатом. Именно эти люди, знающие, как организовать охотничье хозяйство, определяют уровень сервиса для охотников, посещающих соответствующие угодья. Базовый комплекс предоставляемых услуг включает в себя организацию проживания и питания, егерские услуги, а также обработку трофеев.

Значительно повышают прибыльность охотничьего хозяйства дополнительные сервисы: банные услуги, массаж, бассейн, водные маршруты, игры (бильярд, волейбол, настольный теннис), организация пикников с мангалом, площадки для спортивных игр, стрельбы (тир), прачечная, интернет, транспортные услуги, экотуризм по охотничьему хозяйству.

Общая деятельность рассматриваемого предпринимательства осуществляется на основе плана, учитывающего, кроме продукции, получаемой непосредственно из самого охотничьего хозяйства, еще и инвестиции в него. Следует сразу же оговориться, что первые два-три месяца после своей организации охотничье хозяйство работает на достижение точки безубыточности. В этот же период предпринимателям в области охотничьего бизнеса в целях увеличения потока финансирования рекомендуется заключать договоры со сторонними организациями.

Штат охотничьего хозяйства

Минимальный штат охотничьего хозяйства включает в себя управляющего, егеря и повара. Управляющий осуществляет планирование его развития и контролирует выполнение этого плана. Требования к нему: высшее образование (желательно специальное), наличие автотранспорта, приветствуется опыт в гостиничном бизнесе.

Лично он осуществляет переговоры и заключает договоры с партнерами, клиентами, организует работу, контролирует персонал.

Егерь должен иметь высшее специальное либо среднее образование и два года стажа работы по этой специальности. Он учитывает численность животных, контролирует соблюдение правил охоты, проводит охранные мероприятия и мероприятия по регулированию численности животных. Он подготавливает корма, солонцы, обустраивает кормовые площадки и кормушки, искусственные гнезда.

Повар, конечно же, должен быть настоящим специалистом по приготовлению блюд из дичи. От его мастерства также будет зависеть успех охотничьего бизнеса. Повару и егерю следует оборудовать проживание отдельно от гостевых домиков.

Прибыль

Поскольку основные виды издержек уже упомянуты нами в данной статье, нам остается показать направления прибыльности охотничьего хозяйства. Каждое такое хозяйство утверждает свои тарифы за добытые охотниками трофеи. Лишь небольшой процент от них составляет доход от продажи путевок и лицензий (300–1000 руб.).

Основная статья доходов - оплата охотниками (клиентами охотхозяйства) транспортных услуг, услуг егеря, повара, проживания, услуг, связанных с обработкой добытых трофеев (засолка, копчение, замораживание мяса, снятие и обработка шкур, посреднические услуги по изготовлению чучел). Если при охотхозяйстве есть водоем, то оно получает дополнительный доход от проката рыболовного инвентаря и плату за пойманную рыбу (тарификация – по весу).

Бизнес на охотничьих товарах

Предпринимателей-охотников, особенно из горожан, часто интересует, что нужно для открытия охотничьего магазина? Для этого, во-первых, следует сориентироваться в правовых нормах, регламентирующих продажу оружия. Чтобы открыть бизнес, потребуется инвестировать в него около 3 млн. руб. Документально понадобится разрешение местной власти и местного УВД и лицензия на продажу оружия. Ее цена - 150 тыс. руб.

Остальные статьи затрат – типовые, касающиеся всех предпринимателей, открывающих свое дело. Это государственная и налоговая регистрация, регистрация в статистическом органе, аренда, договор услуг охранной, а также противопожарной сигнализации. Ну и, конечно, открытие охотничьего магазина связано с покупкой инвентаря (8-10 тыс. $) и товара (5-6 тыс.$).

Вывод

Организовать прибыльное охотничье хозяйство – специфическое дело. Для его успешного функционирования важно соединить умения егерей, незаурядные организационные навыки, энтузиазм в налаживании сервиса, неповторимую кухню.

Успешно и ритмично работают хозяйства, заключившие договоры с крупными предприятиями на отдых охотников из числа их сотрудников. Также перспективны организация элитной охоты, с запланированными трофеями, развитие экологического туризма.

Большое значение имеет «сарафанное радио»: результативная охота, гарантирующая трофеи, а также налаженный сервис – залог коммерческого успеха охотничьего хозяйства.

Почему я решил завести охотничье хозяйство? Чтобы объяснить это, надо мысленно вернуться в начало 2000-х: кончились «лихие 90-е», наступило время подъема экономики и становления частного бизнеса. Молодое частное предприятие, руководителем которого я являюсь, уже более-менее встало на ноги, поэтому появились и финансовые возможности ездить на охоту, и свободное время.

Охотничью заграницу я тогда не осваивал, а вот в России охотился. Мне не нравилось приезжать куда-то на пару дней, ненадолго, а кроме того, уже более-менее отчетливо представлялось, как именно я хочу охотиться. Тогда и возникла идея найти единомышленников и создать свое охотничье хозяйство.

Самой первой и одной из самых сложных проблем (а было их множество) стало выстраивание отношений с областным начальством. Требовалось убедить их отдать нам под охотничьи угодья один из девяти областных заказников. К счастью, руководство поверило в нас и разрешило «порулить». И вот в 2008 году мы оформили долгосрочную аренду угодий в Рязанской области, площадью 28 тысяч гектаров. Было очевидно, что угодьям нужна помощь: до этого в заказнике проводились охоты или для местного начальства, или для местных браконьеров. И то и другое носило эпизодический характер.

Основной зверь в угодьях – это кабан, и в самом начале нашего пути даже этого повсеместно встречающегося зверя в угодьях было крайне мало: за первые семнадцать охот не удалось добыть ни одного кабана. Все дело в том, что если сейчас в нашем хозяйстве запрещено отстреливать секачей в период гона, а на отстрел маточного поголовья запрет действует круглый год, то раньше стреляли всех подряд. Работа по благоустройству дорог, подкормка и другие биотехнические мероприятия в заказнике тоже не велись: например, в 2006 году на всю биотехнику из госбюджета была выделена всего одна тысяча рублей. На год. В угодьях были лишь две вышки и четыре кормушки, на которые осенью изредка завозили телегу отходов или картошки. Работал один егерь, у которого не было никакой техники.

Мы начали с того, что правильно организовали охрану угодий и обильное кормление кабанов. Во-первых, мы засеивали (и продолжаем засеивать сейчас) около 130 гектаров своих полей (все что есть) овсом, топинамбуром и кукурузой. Во-вторых, начали завозить на кормушки столько корма, чтобы кабаны не могли съесть все. Подкормленные таким образом матки стали приносить вдвое больше потомства, чем раньше. Бродячие секачи, приходившие к кормушкам с излишками корма, стали приводить с собой соседских кабанов. Соседние охотхозяйства начали было жаловаться, что кабаны все ушли к нам, но потом и у них стало расти поголовье кабана и лося. Кстати сказать, мы граничим с тремя охотничьими хозяйствами, с руководителями которых у нас давно сложились дружеские отношения. Мы объединяем усилия для борьбы с браконьерством, вместе охотимся на волков, закупаем семена и корм.

Даже страшно вспоминать первоначальный объем работы: нужно было оборудовать солонцы, сделать купальные ямы, прорубить просеки в лесу, расчистить заваленные упавшими деревьями лесные дороги, приобрести технику, найти егерей, «подружиться» с местным населением...

Правда, хорошие отношения с жителями соседних деревень сложились у нас достаточно быстро. Местные мужики привыкли браконьерничать в заказнике, ведь путевок-то не давали. А я пригласил их к себе в команду так называемыми активистами. Сначала люди шарахались, думали, что их будут использовать только на подхвате. Сейчас у нас больше 30 активистов, это слаженная дружная команда, ребята, которых я всегда рад видеть, в чьей помощи я реально нуждаюсь и реально ее получаю. Нам помогают прочищать дороги, выкладывать корма, закладывать заячьи солонцы, очищать болота, изготавливать искусственные гнезда, чистить вышки. Сейчас, например, идет посевная – нужны люди, которые рассеивают зерно руками там, где не проходит сеялка, рассаживают под лопату топинамбур. Активисты охотятся и пользуются удобствами охотничьей базы с нами на равных. Это означает, что мы даем им бесплатные путевки, едим за одним столом, стреляем в одном тире. Чтобы получить возможность охотиться в угодьях, то есть стать активистом, необходимо, чтобы твою кандидатуру порекомендовали два члена коллектива. Второе условие – 10 дней в сезон (для охоты на копытных загоном и с вышки) или 3 дня (для всех остальных видов охоты) необходимо отработать на благо хозяйства, оказывая любую посильную помощь. Это правило не распространяется на пенсионеров и инвалидов, им путевки достаются без отработки.

Сейчас постоянно работают и обслуживают охотничье хозяйство 17 человек: повара, инженеры, егеря и охранники. Управляю хозяйством лично я. Но кроме меня есть директор, главный охотовед и главный инженер, которые отвечают за порядок в мое отсутствие. С коллективом я общаюсь каждый день по телефону и минимум раз в две недели лично. Перед началом охотничьего сезона проводим оперативные совещания. В свободное время работаем на субботниках, организуем соревнования (охотничий биатлон, стрельба по «бегущему кабану», по тарелочкам, в электронном тире), проводим в охотничьем доме открытые уроки биологии для школьников.

Сегодня хозяйство на коммерческой основе не работает и, скорее всего, не будет работать и в будущем. Пять учредителей-добровольцев полностью покрывают все материальные затраты. Все охоты не коммерческие, только для себя и для друзей. Но друзей много, и поэтому в сезон каждый выходной в угодьях кто-то охотится.

Лимит на охоту у нас следующий. Лицензии на лосей – 12 в год. На кабанов – 60+, но этот лимит может быть увеличен при угрозе эпидемий. Еще есть охота на лис, зайцев и несколько видов охоты на птицу. Наверное, можно было бы последовать примеру известного охотпользователя Виктора Лабусова и сделать хозяйство частично коммерческим. Но, во-первых, пока в этом нет необходимости, всех владельцев устраивает выбранный вариант сотрудничества. Во-вторых, все учредители понимают, что охотничий бизнес не принесет сногсшибательного дохода, и даже только поэтому не задумываются об этом всерьез. И в-третьих, Виктор Лабусов, насколько я знаю, сразу ориентировал свое охотхозяйство на проведение и коммерческих охот, и охот «для себя». Нам же, если мы когда-то решимся встать на коммерческие рельсы, придется перестраивать всю систему работы. Так что пока у нас таких планов нет. Правда, недавно у меня появились задумки, в качестве эксперимента, договориться с хозяевами базы для рыбаков, которая строится на берегу Оки неподалеку от нас. Суть в том, чтобы предлагать их постояльцам охоту в наших угодьях по прейскуранту. Что-то похожее сделано в охотхозяйстве «Бриз».

За пять лет охотпользования множество проблем нам удалось решить. Но много проблем, а точнее задач, еще осталось.

Первая – это разведение зверей. Мы много делаем для разведения кабанов, лосей, лис и зайцев. Мы активно боремся с волками, и потому зверя у нас много. Но я считаю, что зверя должно быть еще вдвое больше и он должен быть разнообразнее (чего сейчас не наблюдается). Мечтаю, чтобы появились в наших лесах и лани, и косули. Примером для меня в этом вопросе служит Белоруссия: я вижу, как много делается и как много там в результате зверя.

Вторая задача – это борьба с двуногими хищниками. Охрану мы осуществляем только силами членов нашего коллектива и, на мой взгляд, достаточно эффективно, но, несмотря на наши усилия, раз в квартал обязательно задерживаем одного-двух браконьеров. Если честно, на сегодняшний день я не знаю, насколько мы вообще в состоянии эту проблему решить. Ведь есть прямая зависимость – чем больше зверя, тем больше браконьеров. Что логично: ни волк, ни браконьер не полезет в плохое хозяйство, где мало зверя.

Но самая серьезная проблема – это отношение людей, работающих в хозяйстве. Все пять лет я пытаюсь наладить с егерями добрые рабочие взаимоотношения, добиться того, чтобы они проявляли инициативу, держались за работу. Но, к сожалению, не со всеми членами нашего коллектива это получается. Из-за того, что не все егеря работают ответственно, страдает весь коллектив и дело встает. Получается, что если я лично не буду держать ежедневно все на контроле и проверять каждый шаг, ничего делаться не будет.

Самая главная проблема современных егерей, я считаю, состоит в том, что они могут напрячься, стиснуть зубы и один раз сделать то, что нужно (и то таких поискать надо). Но на постоянную ежедневную кропотливую работу они в большинстве своем не готовы. Иногда кажется, их основная цель – быстрее сделать то, что велели, и уехать домой – и то в лучшем случае. А в худшем – уехать, ничего не доделав. При этом большинство егерей, с которыми мне приходилось работать, постоянно пребывают в уверенности, что они слишком много работают.

Да, работы много, не спорю. Егеря занимаются каждый день достаточно рутинным трудом: развозом кормов по одним и тем же дорогам на одни и те же кормушки, обслуживанием техники, которая все время ломается, охраной территории. Но, во-первых, никто не заставляет работать круглосуточно, а во-вторых, плюсов-то в работе тоже много, как в известной черной шутке: «Палач не знает продыха, но что не говори, работа-то на воздухе, работа-то с людьми!» Если серьезно, мы имеем возможность платить работникам приличную не только по рязанским, но и по московским меркам зарплату, за свой счет отправлять учиться егерскому делу, делимся мясом, вместе не только работаем, но и отдыхаем.

Мне как руководителю не хватает в егерях ответственности, заинтересованности, увлеченности, инициативности, любви к своему делу. К сожалению, многим егерям безразлично, что их трудами могут пользоваться браконьеры, у них нет ревностного отношения к «своим» угодьям. Я пришел к выводу, что как ты ни объясняй, что работаем сами для себя, редкий егерь будет смотреть на хозяйство как на свое. Как говорит старшее поколение, «не родно – не больнó». Видимо, в России вообще по сравнению с той же Европой слабо развито внутреннее чувство собственности (чувство хозяина).

Я все больше склоняюсь к мысли, что «вырастить» работника, который бы соответствовал всем моим несложным требованиям, я не смогу. По всей видимости, нужно искать уже готового специалиста, с образованием и опытом работы в подобном нашему охотхозяйстве. Но искать – это тоже задача не из легких. Например, в свое время мы искали директора, дав объявление в газете. Искали очень долго, провели собеседования с 30 кандидатами. В итоге все равно нашли директора среди своих. Им оказался давний знакомый, строивший много лет назад нашу охотничью базу, которого мы проверили на деле и которому доверяем. Он надежный человек, но сейчас ему уже 67 лет, и скоро он работать не сможет, надо будет искать нового – и опять все начнется сначала.

Почти уверен, что проблемы, с которыми сталкиваемся мы, есть и в других российских хозяйствах. Был бы очень рад, если бы меня кто-то в этом разубедил...

Русский охотничий журнал, июнь 2013 г.

3668